Онкология с хэппи эндом гл. 21 Заболев, обнаруживаешь огромную задачу — уберечь младших.

Не в том смысле, что рак заразный и носить марлевый намордник.  А в том смысле, что негативные эмоции нельзя сливать на маленьких.

А сестренки в 42, 44 и даже в 48 — маленькие.   И дочка, даже когда ей 37 — маленькая. А уж внучка в 16 и подавно.  Маленьким не вынести наших негативных эмоций.  Чтобы с ними справиться, они вынуждены активировать Вредоносные Родовые  Программы — типа «Встать на место бабушки».  И впоследствии это крайне негативно скажется на их жизни и здоровье.

А значит, с младшими нужно общаться исключительно на позитиве.

А чтобы он хоть как-то появился, печали нужно отдавать вышестоящим. Мужу и священнику.

Общаться на позитиве, когда больно и страшно, очень трудно.  И совершенно нет сил.  И поэтому вообще не хочется.  Я придумываю самые фантастические причины, почему ко мне не нужно приезжать.  Иногда это не срабатывает, и тогда я собираюсь, тряпка, и натужно шучу все 15 минут их визита. А потом с чистой совестью «мне надо срочно на укол».

Потом я им об этом когда-нибудь скажу. А пока вскользь упоминаю, что рак груди самый исследованный и у меня самая легкая разновидность.  А когда мне невмочь быть сильной для них, я прячусь в башне больничного корпуса.